промолчала. Рэн тоже молчал, анализируя ситуацию, а Ер старался воспринимать его мысли как фоновый шум. Наконец, он оторвал взгляд от Шена и перевел на приближающееся с пугающей скоростью светлое пятно. Показалось, что это метеорит, который сейчас сшибет Шена и понесется дальше. Ер даже сделал шаг назад, чтобы избежать зоны поражения.
Однако «метеорит» резко затормозил в двух шагах от проклятого заклинателя. Багряные лепестки сорвались от порыва ветра и разлетелись вокруг Шена, медленно оседая вокруг него. Тот этого не замечал, глядя лишь на Муана перед собой.
А вот Муан ощутил, что от этой картины сердце сорвалось с положенного места в груди и рухнуло куда-то в живот, затрепетав там что есть мочи. Сбоку на Шена падали теплые лучи от фонарей. Этот свет создавал вокруг него таинственный ореол, в котором кружили алые лепестки. Крошечные росинки поблескивали, будто звезды или сама мерцающая тьма. И Шен улыбался. А в его глазах мерцали золотые сполохи.
Муан стремительно сократил расстояние и нежно обнял его, притянув к себе.
Шен не сказал ни слова. Он просто утонул в этих объятиях, чувствуя себя горой, чувствуя себя землей, небом, чувствуя себя равным богу. Ощущение безграничной свободы и счастья родилось внутри него и охватило весь мир. Два маленьких человека стояли где-то в позабытой деревушке и были такой огромной, такой всеобъемлющей крупицей мироздания, что восторг, рождающийся в глубине их сердец, разливался вокруг них и пытался охватить весь мир.
Никогда в своей жизни Муан не ощущал ничего хоть отдаленно схожего, и понятия не имел, его ли это чувства или ощущения Шена, передающиеся через связь. Да и не важно это.
Ему хотелось поцеловать его, но для этого нужно было слегка отстраниться, а он не хотел.
Голос Системы донесся до Шена будто бы из-под толщи воды:
[Поздравляем! +100 баллов за моральное подавление второстепенного злодея!]
Шен не сразу осознал, что она там бормочет. Всепоглощающее чувство постепенно унималось в его груди. Он отстранился от Муана с закрытыми глазами и ощутил, как сердце екнуло за мгновение до того, как он открыл их и прочитал табличку над его головой:
[Муан Гай]
[Бессмертный заклинатель]
[Возраст: 39]
[Вид: человек]
[Род занятий: старейшина пика Прославленных душ ордена РР]
[Сюжетная роль: возлюбленный главного героя]
[ Статус: жив]
[Баллы: 500]
— Статус: жив, — счастливо повторил Шен.
Муан потянулся и чмокнул его прямо в улыбающиеся губы.
— За что⁈ Боги, за что⁈ — донеслись стенания сбоку.
Муан скосил глаза и увидел убивающегося Рэна. Решив не обращать на него внимания, он вновь перевел взгляд на Шена, а затем посмотрел на букетик, все еще зажатый в своей руке. Шен тоже опустил на него взгляд. На дюжину сердцевинок там осталось около трех лепестков. Стебельки некоторых подогнулись и свисали вниз. И отчего этот букет кажется таким милым⁈
— Это не тебе! — узрев сие непотребство, всполошился Муан.
— Не мне? — расстроенный тон Шена заставил кожу мечника покрыться мурашками.
— Не… Не… — Муан запаниковал.
— *баный п*здец! — донесся комментарий сбоку. — Почему это выглядит так, будто они не виделись три года⁈
Муан отвлекся на комментарий, и его мысли вообще прекратились. А когда пальцы Шена дотронулись до его кулака, сжимающего букет, по телу пронеслась еще одна волна мурашек. Пальцы мечника медленно разжались, и букетик оказался в руке Шена. Он поднес его к лицу и понюхал одну из лысых сердцевинок.
— Тогда кому? — лукаво посмотрев поверх остатков цветочков, спросил Шен.
Его вкрадчивый тон заставил сердце прославленного мечника пропустить удар. Муан почувствовал, как краска прилила к щекам и заставила кончики ушей заалеть.
Шен улыбнулся и прекратил его мучать. Потянувшись, он поцеловал его в щеку и прошептал на ухо:
— Спасибо.
Ощущая подкативший к горлу ком, Муан осознал, что Шен благодарит его не только за букетик. Он чуть отстранился и пристально вгляделся в его глаза.
— Почему ты не проснулся сразу? Что на самом деле произошло?
— Я видел дурной сон, — прошептал Шен. — Я расскажу тебе обо всем позже. Не при свидетелях, если это возможно, — последнее прозвучало с привычным шеновым сарказмом, и Муан слегка унял свое беспокойство.
Он перевел на «свидетеля» взгляд в духе «и вот эта мелкая дрянь не дает мне насладиться долгожданным воссоединением?».
На редкость настырная «мелкая дрянь» никуда не собиралась уходить, а вместо этого сложила руки на груди с таким видом, будто заклинатели должны как-то объясниться.
— Что за «веселье» творилось, пока я спал? — спросил Шен.
Муан все еще держал его в своих объятиях и не собирался отпускать. Он склонил голову на бок, смущенный определением «веселье».
— Я могу видеть призраков, — вдруг дошло до него.
— Ты… что? — уточнил Шен, внезапно впадая в странное ощущение потрясающей ясности всего вокруг и вместе с тем чувства такой привычной обыденности, что после всех переживаний это здорово выбивало из колеи. Кажется, если б Муан не держал его, он не смог бы устоять из-за этого головокружительного ощущения. Они стояли посреди ночной деревни и болтали о привычной ерунде типа призраков и, очевидно, проклятья, нависшего над этим местом. Будто ничего и не было.
Будто ничего и не было.
Бессознательно Шен подался вперед и заключил Муана в тиски объятий.
Мечник замер, застигнутый врасплох тем, что Шена настолько порадует весть о том, что он больше не одинок в своих странностях.
— Эй, вы двое! — не выдержал никуда не сваливший Ер. — Ваши телячьи нежности в самом деле так необходимы прямо сейчас⁈ У нас там мертвые старики и при…
Волна черной энергии с мерцающими сполохами прошла от Шена и накрыла Ера, сметая его с ног и выдворяя за приоткрытые ворота.
Шен почувствовал, как его сомкнутые за спиной Муана руки предательски подрагивают. Он ведь уже знал, что все хорошо, когда заставил сбежать Админа и вернул себе тело Муана.
— Я… — прошептал Шен, спрятав лицо, уткнувшись лбом в шею Муана. — Я не знаю, почему так эмоционально реагирую сейчас… Все хорошо. Все уже было хорошо. Мы уже знали, что все будет хорошо.
Муан молчал, чувствуя легкую дрожь под своими обнимающими Шена руками.
— Ч-черт… — продолжил шептать тот. — Я не могу успокоиться. Не понимаю, почему веду себя так эмоционально.
Муан успокаивающе провел ладонью по его спине и немного грустно улыбнулся. Было немного нелепо слышать, как Шен корит себя за излишнюю эмоциональность, да еще и не понимает ее основ. Он не понимает, в каком эмоциональном напряжении находился все это время? Не понимает, как сильно давил на себя, пытаясь унять болезненные чувства и заставить себя хоть что-то делать?
Муан осознал, что, должно быть, тот и в самом деле не понимает. Все это время он отчаянно двигался вперед, пытаясь сохранить остатки здравого смысла. Ему не было нужды помнить, как он выглядел и что чувствовал, только вернувшись на пик Черного лотоса после того, как узнал, что Муан мертв. Будет лучше, если он забудет об этом. Он мог бы не помнить, как спрыгнул в расщелину, попрощавшись с ним навсегда или как рыдал во сне, сжимая в объятиях фарфоровую подушку, а на следующее утро делал вид, что ничего больше не боится. Зачем бы ему помнить об этом? Это будет помнить Муан. Пронесет в своем сердце и больше никогда, ни за что в нем не усомнится, что бы Шен ни выкинул в дальнейшем в порыве чувств или еще каких-то
